17 ноября 2021

Цепная реакция. Артур Хейс

Соединив кислоту с основанием, вы получите соль и воду. Химия начального уровня.

Мой школьный учитель химии пришел бы в ужас, если бы узнал, что это все, что я запомнил из того, чему он учил в течение многих лет.

 

С теми ингредиентами, которые у нас в глобальной макросреде, появление Биткойна было также неизбежно.

 

Соединив интернет, криптографию и устаревшую и несправедливую аналоговую финансовую систему, у вас в итоге получилось некое реактивное технологическое развитие, нацеленное на изменение мерзкого статус-кво.

Результатом оказался Биткоин и его блокчейн.

Различные интерпретации идей, которые проросли из технического документа нашего «Господа Сатоши», каждые две недели дают мне материал писать о новых, интересных аспектах криптоэкосистемы.

NFT, Метавселенная, DAO и вообще децентрализация всего — это результат реакции между набором естественных первичных продуктов.

Два из них наиболее важны — Биткойн и существующая аналоговая система, требующая обновления, чтобы соответствовать развитию компьютера и интернета.

Пока у нас на крипторынке быки правят балом, нам не нужно забывать, что происходящее в макроэкономической среде создает благоприятную почву для этих реакций, которые движут технологическим прогрессом.

Засилье денег и стимулирования в результате пандемии озадачивает даже самых ярых сторонников бюджетной и денежно-кредитной политики, основанной на командовании и контроле.

Инфляционные последствия этой политики в наиболее важных проявлениях энергии (продовольствие, жилье и транспорт) заметно дестабилизируют глобальную социальную систему.

Говорят, что это «временно”, но все знают, что гильотина — это нечто постоянное.

Артур Хейс

Единственное, что волнует власть имущих, — это вопрос о том, когда будет достигнут предел.

Некоторые из популярных и влиятельных людей неплохо заработали в результате глобальных вливаний, но вот издержки от потенциальной революции тех, кто работает усерднее ради меньшей выгоды, слишком велики, чтобы их игнорировать.

Так что, по мере того, как мы мы вступаем в 4-й квартал, возникает вопрос:

«Каким образом нам лучше всего справиться с похмельем, которое неизбежно последует за сокращением денежно-кредитных и фискальных стимулов?».

В этой статье я сделаю перерыв в своем бурном восхищении растущей метавселенной и вернусь к макроосновам.

Вопрос, на который я постараюсь ответить, заключается в том, насколько сильно повлияет сокращение темпов печатания денег на наши криптобогатства.

Вероятно, всплеск интереса со стороны тех, кому надоело быть финансовыми рабами TradFi, сможет преодолеть менее гибкую денежно-кредитную политику и продолжать стимулировать рост криптовалют.

Но я бы не стал легкомысленно полагаться на это предположение.

Кофе-брейк

К счастью для моей аудитории, я совсем недавно снова пообщался с моим любимым управляющим хедж-фондом волатильности.

Если помните, это как раз тот парень, который вдохновил меня на написание “Качаем железо”.

Я буду называть его Джесси. (Бонус тому, кто скажет мне, почему я выбрал это имя).

Дело было в новой кофейне. Наше привычное место пало жертвой очередного раунда мер по закрытию из-за COVID. Новое, к счастью, находится совсем рядом.

Кофе тут ниже среднего, предназначенный для белых воротничков, которые всегда в поиске стимулов, дабы избавиться от жалкой скуки в услужении человеку.

Чуть выше я упомянул, что пришел на эту встречу с реальным опасением, что недооцениваю риск того, что центральные банки на самом деле серьезно отнесутся к борьбе с инфляцией, которую они создали, сократив покупки облигаций и повысив краткосрочные процентные ставки.

Моя основная мысль заключалась в том, что центральным банкам политически целесообразно продолжать финансирование государственных программ стимулирования за счет расширения своих балансов.

Еще я верю, что всем крупным центральным банкам неофициально поручено следить за тем, чтобы рынки акций продолжали расти.

Давление инфляции, вызванное этой политикой, является неизбежным злом, и гарантирует, что внутренние расходы могут быть оплачены за счет роста цен на активы.

Останови принтер и цены на активы начнут падать, а многие финансовые учреждения и правительства окажутся неплатежеспособными.

Поэтому это не может произойти. По крайней мере, я так считаю.

Артур Хейс

© Марк Твен отлично выразился на эту тему: «Проблемы не от незнания, а от ошибочной уверенности в собственных знаниях».

С такими мыслями я пришел на эту встречу, полный решимости протестировать свой взгляд на мир с кем-то более умным, чем я сам.

В результате я стал еще более оптимистичным в отношении криптовалют и уверенным в том, что власть имущие совсем не готовы терпеть похмелье после количественного смягчения.

Ниже я перескажу наш разговор и разбавлю это картинками.

Бумеранг

Разговор начался с того, что я поинтересовался, что он думает о недавнем изменении курсов австралийского доллара.

В перевернутой стране Резервный банк Австралии (РБА) ранее пообещал ограничить доходность двухлеток на уровне 0,10 % (что по сути означает контролирование кривой доходности как по учебнику, или “YCC”).

В случае, если рынок наглел, то они будут снижать ее за счет скупки достаточного количества облигаций, дабы держать доходность на уровне 0,10%.

Но недавно РБА решил, что больше не будет сдерживать цены на двухлетние облигации.

График выше и потрясающее повышение доходности, которое на нем изображено, наглядно демонстрирует то, что происходит, когда центральный банк перестает покупать облигации на рынке (не изображено: резкое падение цен на облигации, вызванное скачком доходности).

Любому, кого не смущает скачок доходности с 0,10% до 0,80%, нужен пример из общей математики доходности облигаций.

Это 8-кратное увеличение доходности за несколько торговых дней. В этом поучаствовали многие хедж-фонды.

Джесси отметил галочками имена нескольких крупных хедж-фондов, чьи кредитные отделы отличились. К счастью для всех, все, что могут потерять хедж-фонды, — это только деньги своих клиентов.

Если бы это был банк, который слишком велик, чтобы обанкротиться, то он бы обратился за помощью к правительству и получил ее… ну, вы знаете, из-за “стабильности рынка”.

Вам что ли не нравятся приватизированные прибыли и социализированные убытки?

Так что, я спросил Джесси, почему, по его мнению, РБА позволил рынку переоценить кривую, тем более, что на счетах РБА находится почти 70% предложения двухлетних государственных облигаций.

Они буквально ЯВЛЯЮТСЯ рынком.

Мы с ним согласились в причинах. Это инфляция на рынке жилья. Позвольте мне объяснить.

У меня много друзей из Австралии. И мы частенько обсуждаем раскаленный добела австралийский рынок недвижимости.

В современной истории еще не было реального делового цикла на рынке жилья Австралии. А это означает, что не было и коррекции цен, которая обычно сопутствует реальному деловому циклу.

 

Отношение средней цены жилья к средней заработной плате в Сиднее и Мельбурне одно из самых высоких в мире (чем выше это соотношение, тем более недоступное жилье).

 

На РБА оказывается небывалое давление со стороны своих граждан по поводу того, что практически невозможно иметь собственный дом.

Для экономики, которая экспортирует многие сырьевые материалы, питающие нашу мировую экономику (а также вкусные продукты питания), у них слишком мягкая денежно-кредитная политика.

В какой-то момент инфляционное давление, связанное с удержанием ставок значительно ниже номинального роста, стало слишком сильным, и РБА вышел из игры.

И теперь перед остальным миром встает вопрос о том, будут ли и когда подобные решения приняты в крупнейших местах по печатанию денег, а именно в США, ЕС, Японии и Китае.

У Джесси были мысли на тему того, какой путь они выберут в ближайшее время.

Эффект бабочки

Рост ставок в Австралии стал катализатором аналогичных движений на рынках других стран по всему миру.

Каждая крупная экономика, независимо от ее экономической модели, манипулирует своими рынками государственных облигаций. Так что, всем центральным банкам следует соблюдать правила, иначе рынок раздавит предполагаемый контроль центральных банков.

Это мнение, которого придерживается Джесси, и которое позволило ему отметить несколько рынков ставок, где он смог монетизировать резкий сдвиг в сторону повышения предполагаемой волатильности краткосрочных ставок.

Мой коллега Джим Бьянко из Bianco Research набросал несколько потрясающих графиков, которые демонстрируют, как рынок начал подвергать центральных банкиров испытанию.

Вы бы никогда не догадались по внешнему виду и возрасту, но Джим — любитель щитков и искренне верит в DeFi. Респект!

Дабы сохранить иллюзию всемогущества центрального банка, нужно разобраться с любым центральным банкиром, который пробует выйти за рамки, чтобы привести в норму денежно-кредитную политику, направленную на борьбу с инфляцией.

Нельзя допустить, чтобы подобные вспышки на рынках ставок двухлеток продолжались. Так что центральным банкирам нужно снова обрести религию.

Нельзя позволять рынку сигнализировать должным образом об инфляционном давлении, заложенном в различных национальных экономиках.

Надо остановить

Единственное, что мешает центральным банкам и политикам продолжать политику бессмысленного печатания денег, — это инфляция.

И это не та инфляция, которая определяется правительством с учетом статистических корректировок. Это та инфляция, которая заставляет выходить людей на улицу.

❌ Та инфляция, которая не дает работяге позволить себе хлеб, молоко, сахар, рис, арендную плату, топливо и т.д.

❌ Та инфляция, которая оставит вас голодным даже после того, как вы целый день надрывали спину в качестве “незаменимого работника”.

Если центральные банки хотят продолжать печатать деньги, то им нужно любым способом убедить рынки в том, что в случае появления инфляции они будут бороться с ней, сокращая покупки облигаций и повышая ставки.

И тогда рынок не будет беситься и сбрасывать свои государственные облигации. Но помимо этого центральный банк должен убедить население в том, что очевидная инфляция в области продовольствия, жилья и транспорта, с которой они сталкиваются ежедневно, не является постоянной и является частью здоровой и растущей экономики.

Таким образом, население будет воздерживаться от выражения своего недовольства возле урны для голосования или, что еще хуже, на улицах.

Когда мы дошли до этой части разговора, Джесси рассказал о некоторых центральных банках, которые незадолго до последней вечеринки G20 обязали свой банк резко сократить покупки облигаций и/или повысить ставки, но которые удвоили свои усилия в количественном смягчении и политике нулевых процентных ставках после того, как с ними хорошо поговорили.

Наиболее ярким примером стал Банк Англии.

Грохот процентных ставок становится все сильнее, поскольку управляющий Банком Англии предупредил, что ему, возможно, «придется действовать» в отношении инфляции.

Управляющий Эндрю Бейли опроверг предположения о том, что Банк обманул инвесторов, сообщив о скором повышении ставки до самого решения, и сказал Sky News: “Мы были близки к этому”.

Следующий вопрос, который меня посетил после этого, был: “Что будет делать ФРС?”

Все остальные — всего лишь второстепенные игроки в этом глобальном оркестре центральных банков.

ФРС играет на скрипке, а все остальные играют на альте. (Альт … кто, черт возьми, играет на альте?)

Еще немного картинок от Бьянко:

На своем последнем заседании ФРС инициировала “Сокращение”.

С этого момента и до июня следующего года начнется сокращение количества денег, которые печатаются ежемесячно.

К этому моменту оргия в скупке облигаций прекращается, и рынок полагает, что затем будут повышаться ставки.

Рынок вероятно верит, что ФРС начнет повышать ставки в июне 2022 года. У Джесси на этот счет свое мнение.

Если ФРС удастся сохранить ставки на нулевом уровне практически без последствий, они это сделают. Для чего им что-то делать, пока это не стало абсолютно необходимо?

Всякий раз, когда они пробовали сделать это во времени после 2008 года, это приводило к неприятной коррекции на фондовых рынках.

 

Истерика 2013 года и попытка подать сигнал о возобновлении повышения процентных ставок в 2018 году — два отличных примера дилеммы, стоящей перед ФРС и их глобальными собратьями.

 

Июнь жутко близок к самому важному месяцу в Америке – ноябрю.

В ноябре 2022 года в США состоятся промежуточные выборы. Население всегда голосует своими кошельками, и правящая партия либо получает вотум доверия, либо предварительный выговор перед следующими президентскими выборами в 2024 году.

А в наши дни их кошельки каждый день теряют в покупательской способности. Единственный способ сломить этот нисходящий тренд — это обеспечить такой же темп роста заработной платы, как и стоимость потребляемой энергии.

Инфляционный налог не будет работать, если заработная плата растет теми же темпами, что и денежная масса. Так что делается все, чтобы убедить среднестатистического работника в том, что инфляции нет, и что их заработная плата достаточна для счастливой жизни.

Если их не убедить, то они могут организоваться и начать бастовать, требуя повышения заработной платы.

Как и любой организм, политики в первую очередь заботятся о собственном выживании. Инфляционная политика наполняет карманы организаций и богатых людей, которые поддерживают их кампании.

У 10% самых богатых американцев на руках почти 90% всех американских акций.

Но, если их отстранят от должности, потому что люди не верят в посыл “инфляция временна”, то они бросят центральный банк под автобус и попытаются обуздать инфляцию.

Центральный банк будет брошен под автобус в том случае, если им придется в силу политической целесообразности отключить денежный принтер и позволить рынкам отразить истинную стоимость денег.

Так что, даже несмотря на замедление темпов покупки облигаций до заседания ФРС в июне 2022 года, эта гребаная игра продолжается.

Единственное, чем не следует владеть уж точно, — это инструменты с фиксированной доходностью.

Что может доказать, что я не прав?

Реальное (неофициальное) поручение ФРС состоит в том, чтобы обеспечивать рост индекса S&P 500.

Нравится вам это или нет, но это то, на что смотрят все, богатые или бедные, как на показатель здоровья американской экономики.

И чем он выше, тем богаче чувствуют себя люди, тем больше они потратят, тем больше генерируется экономической активности и тем больше налоговых долларов собирается. Это и есть ортодоксия.

Неважно, адекватна ли эта логика. Важно, что нужные люди верят в то, что это правда.

Если рост индекса остановится и он вспомнит о гравитации, то это будет означать, что сокращение покупок облигаций отрицательно сказывается на рынках рискованных активов.

Это признак того, что может начаться неприятная коррекция всех рисковых активов. Единственное, что стоит держать в такое время, — доллары США.

Потому что всевозможные частные лица и учреждения начнут продавать рискованные активы, чтобы получить доллары для погашения долгов.

Не факт, что это также повлияет на крипту, но это будет очевидным признаком того, что нужно действовать осторожно.

Пожарная сигнализация

Биткойн и криптоэкосистема в целом предоставляют человечеству две полезные услуги.

  • Во-первых, это другой способ децентрализованной организации и стимулирования людей с помощью передовых технологий;
  • Во-вторых, это единственная работающая пожарная сигнализация в мировой финансовой системе.

Если бы спастись от инфляции можно было с помощью положительной доходности государственных облигаций, то не было бы причин использовать Биткойн и другую крипту в качестве хеджа инфляции.

Крипта тогда бы торговалась только на основе полезности конкретного проекта. К сожалению (или к счастью, в зависимости от состава ваших сумок), большинство щитков просто высасывают ликвидность.

Они пампятся только потому, что временная ценность денег стала настолько искаженной, что вообще нет никакой разницы, вкладываете ли вы деньги в «собачьи монеты» или во что-то действительно стоящее.

На самом деле, смысла больше покупать «собачьи монеты», потому что, по крайней мере, это ликвидный рынок, который торгуется 24/7.

Инвестиции в реальный бизнес, приносящий пользу человечеству, неликвидны, их трудно оценить и доступны лишь немногим избранным.

Так что, под конец 2021 года я остаюсь осторожным быком в отношении того, что некое подобие центрального банка продолжит печатать деньги, поддерживая офигенный рост всех видов криптоактивов.

Я благодарю тебя, Джесси, за дерьмовый кофе, отличную беседу и за то, что ты дал мне интеллектуальный фундамент, поддерживающий мою веру в «Господа Сатоши» и всех его ангелов.

Вот вам мои мысли об основных классах активов, в которые инвесторы могут вкладывать свои свободные чеканные монеты:

  • Акции — о да, еще немного S&P 500.

Нет никакого положительного заработка… плевать. Пока я могу купить его на Robinhood, желательно купить опционы вне денег, мое тело готово.

  • Недвижимость — пожалуйста, дайте мне ипотеку без первоначального взноса, поскольку моя работа не позволяет мне купить средний дом.

А если у меня нет собственного жилья, то аренда сожрет 75% располагаемого дохода. И я очень прошу, частные инвестиционные компании, не скупайте все дома на одну семью и многоквартирные дома за наличные.

Я не могу с вами конкурировать.

  • Крипта — да, блин, детка!

Дайте мне доги, шибу, флоки и вообще все мемные монеты. Я хочу стать настолько богатым, чтобы пойти и все высказать своему боссу.

И тогда я стану цифровым кочевником и буду жить там, где захочу.

  • Облигации — фу-у-у блин, это для таких как… никто.

Никому не нужны эти штуки. Если центральные банки хотят их, то пускай забирают.

 

«Мы с командой анализируем, рассказываем о крипте и развиваем РУ сообщество с 2017 года. Создали десяток реальных юзеркейсов и готовы делиться всем опытом с тобой, заходи в мой телеграм канал и читай полезную аналитику каждый день…